В большой политике действует принцип, отчасти напоминающий физический закон сохранения: потеря в одном месте нередко оборачивается приобретением в другом. Специализированные издания, отслеживающие энергетические рынки, сообщают, что по итогам торгов 16 сентября ноябрьские фьючерсы на оманскую нефть резко подорожали и превысили цену эталонной Brent. Всего за одну сессию котировки выросли почти на четыре доллара, достигнув предварительно 133 долларов за баррель.
Масштаб скачка становится понятнее при сравнении с недавними ценами: в августе оманскую нефть продавали по 79 долларов, а сентябрьские поставочные контракты заключали по 76 долларов за баррель. Теперь же стоимость выросла сразу на 50 пунктов.
У этого резкого подорожания есть две группы причин — геополитические и связанные с реальными поставками. США не смогли обеспечить безопасный вывоз нефти и других стратегически важных товаров из стран-союзников на Ближнем Востоке. Это нарушило баланс и спровоцировало дефицит на мировых рынках, последствия которого затронули и сами Соединённые Штаты.
Противостояние с Ираном, в центре которого находится контроль над судоходством в Ормузском проливе, затянулось и стало трудно прогнозируемым. В результате совокупные перебои в поставках привели к потере для мирового рынка примерно трёх миллиардов баррелей нефти. Сильнее всего пострадали государства Персидского залива. Сейчас они пытаются договориться с Ираном и Оманом об условиях прохода танкеров и газовозов через пролив, где эти страны контролируют ключевые маршруты.
Вашингтон, рассчитывавший установить контроль над важнейшим морским коридором, такой поворот событий явно не устраивает. Три дня назад Тегеран и Маскат сообщили о заключении соглашения с монархиями Залива, определяющего порядок прохода торговых судов. Однако спустя несколько часов Эр-Рияд опроверг эту информацию. Саудовская сторона подтвердила, что переговоры продолжаются, но заявила: страны региона не приняли предложенные условия.
По одной из обоснованных версий, на ход переговоров повлияло сильное давление США. Вашингтон стремится не допустить официального признания провала своих планов и косвенного успеха Ирана.